Книги
чёрным по белому
Главное меню
Главная О нас Добавить материал Поиск по сайту Карта книг Карта сайта
Книги
Археология Архитектура Бизнес Биология Ветеринария Военная промышленность География Геология Гороскоп Дизайн Журналы Инженерия Информационные ресурсы Искусство История Компьютерная литература Криптология Кулинария Культура Лингвистика Математика Медицина Менеджмент Металлургия Минералогия Музыка Научная литература Нумизматика Образование Охота Педагогика Политика Промышленные производства Психология Путеводители Религия Рыбалка Садоводство Саморазвитие Семиотика Социология Спорт Столярное дело Строительство Техника Туризм Фантастика Физика Футурология Химия Художественная литература Экология Экономика Электроника Энергетика Этика Юриспруденция
Новые книги
Суворов С. "Танк Т-64. Первенец танков 2-го поколения " (Военная промышленность)

Фогль Б. "101 вопрос, который задала бы ваша кошка своему ветеринару если бы умела говорить" (Ветеринария)

Нестеров В.А. "Основы проэктирования ракет класса воздух- воздух и авиационных катапульных установок для них" (Военная промышленность)

Таранина И.В. "Гражданский процесс в схемах " (Юриспруденция)

Смоленский М.Б. "Адвокатская деятельность и адвокатура российской федерации" (Юриспруденция)
Реклама

Новистика вопросы теории - Хут Л.Р.

Хут Л.Р. Новистика вопросы теории — Москва, 2003. — 80 c.
Скачать (прямая ссылка): novistikavoprosipo2003.pdf
Предыдущая << 1 .. 3 4 5 6 7 8 < 9 > 10 11 12 13 14 15 .. 27 >> Следующая

Еще в 80-е гг. XX в. на границе ряда общественных дисциплин в отечественной историографии стало формироваться направление исторических исследований, получившее условное наименование «истории ментальностей», «исторической антропологии» или «антропологически ориентированной истории». Как область междисциплинарных исследований - исторической психологии, этнологии, новой социальной истории - это направление сосредоточило свои интересы на изучении коллективных форм сознания, повседневии человеческой жизни в различные исторические эпохи70.
Само появление этого нового направления во многом было связано с солидными наработками в исследовании проблем менталитета. Термин mentalite известные французские ученые Л. Февр и М. Блок позаимствовали у этнологов и антропологов и, переосмыслив, стали использовать для обозначения содержания сознания людей, живших в существенно ином, по сравнению с современным, обществе71. История ментальных представлений стала одной из приоритетных исследовательских проблем школы «Анналов». Этим понятием - «школа «Анналов» - первоначально обозначался историографический феномен, представлявший собой довольно уз-
26
кую группу исследователей, объединившихся вокруг издаваемого с 1929 г. в г. Страсбурге журнала «Анналы экономической и социальной истории» (с 1945 г. - «Анналы: экономика, общество, цивилизация»; с 1994 г. - «Анналы: История, социальные науки»). Со временем школа, у истоков которой стояли М. Блок и Л. Февр, стала течением, а затем одним из признанных в мировой историографии XX в. научных направлений. Но название «школа «Анналов» осталось.
Одним из первых историко-антропологических исследовании в мировой историографии по праву считается труд М. Блока «Короли-чудотворцы», опубликованный в 1924 г.72. Однако активное развитие данного научного направления (антропологически ориентированной истории) началось в 60-70-е гг. XX в., прежде всего под влиянием успехов социальной антропологии (исследования К. Леви-Стросса и др.)73. «Школа так нетороплива в своем развитии, как и изучаемые ею общества, она соизмеряет свои ритмы с протяженностью нашего столетия. Подобно старому кроту, зарывшемуся в нору, она не хочет покидать подземные ходы, проявляя редкостное равнодушие к событиям, происходящим на поверхно-сти»74, - сказал о школе «Анналов» в своей вступительной лекции «Застывшая история», прочитанной в Коллеж де Франс 30 ноября 1973 г., Э. Ле Руа Ладюри.
Безусловно, славу школе принесли и разработка М. Блоком проблем экономической истории, и броделевские концепции «глобальной истории» и различных скоростей исторического времени, но прежде всего стремление к изучению того, что Р. Шартье назвал «культурной историей социального», т.е. пониманию социального и идеального «.в их внутреннем взаимодействии, в их слитности и противоречивости. ибо нет таких экономических, социальных, политических и других материально оформленных структур, которые не несли бы на себе отпечаток человеческого сознания, человеческих представлений, индивидуальных и коллективных»75.
27
В отечественной историографии довольно долго существовало настороженное отношение к этой школе и особенно к представителям третьего поколения анналистов (Э. Ле Руа Ладюри, Ж. Ле Гоффу, М. Ферро, Ж. Ревелю), откровенно пренебрегавшим марксистской парадигмой истории, выводившим на первый план в исторических исследованиях «человека биологического», внедрявшим в историописание фрейдистские концепции и т.д. Но благодаря усилиям именно этих историков историческая антропология достигла впечатляющих успехов.
«Лед тронулся» после организации и проведения в СССР в октябре 1989 г. Международного коллоквиума «Школа «Анналов» вчера и сегодня»76, в работе которого приняли участие практически все члены редакционного комитета журнала - бывшие «персоны нон грата» советской историографии, а также исследователи из 11 стран Европы, Америки и Азии. На страницах научной печати появились гораздо более взвешенные публикации отечественных и зарубежных историков, посвященные вопросам эволюции школы, анализу основных этапов ее истории, характеристике важнейших методологических подходов77.
Что же касается конституирования исторической антропологии в контексте российской историографии, то здесь надо отметить колоссальный вклад, который внес в ее становление известный отечественный историк-медиевист
А.Я. Гуревич, много писавший о школе «Анналов» и много сделавший для пропаганды ее концептуальных установок78. В конце 80-х гг. в ведущих научных периодических изданиях страны была опубликована серия его статей по проблемам исторической антропологии79.
А.Я. Гуревич дал развернутое определение понятия «историческая антропология». Он охарактеризовал ее как «. направление исторического исследования, которое, сколь ни странно и даже парадоксально это звучит, впервые выдви-
28
гает человека - изменяющегося во времени члена общества -в качестве центрального предмета анализа. Не политические образования (государства и т.п.) и институты, не экономическая эволюция и социальные структуры сами по себе, не религиозные, философские и иные идеи как таковые, и не великие индивиды, возглавлявшие государства или формировавшие учения и теории, но именно люди - авторы и актеры драмы истории независимо от их статуса, действующие и чувствующие субъекты являются фокусом, в котором сходятся все линии историко-антропологического анализа. Их мировосприятие и определяемая им система поведения, их ценности, воображение, символы - таков предмет историкоантропологического исследования, которое охватывает, наряду с историей в собственном смысле, историю литературы и искусства, этнологию и иные направления гуманистики». При этом А.Я. Гуревич не склонен солидаризироваться с точкой зрения Ж. Ле Гоффа о целесообразности разграничения «исторической антропологии» и «истории ментальностей», так как, по его мнению, «...проблематика и методы исторической антропологии и того, что принято называть историей ментальностей, настолько между собою переплетены, что по сути дела их едва ли можно обособить». Резюмируя свои размышления по этому поводу, автор заявляет: «...историческую антропологию я склонен толковать буквально - как науку о человеке в истории»80.
Предыдущая << 1 .. 3 4 5 6 7 8 < 9 > 10 11 12 13 14 15 .. 27 >> Следующая