Книги
чёрным по белому
Главное меню
Главная О нас Добавить материал Поиск по сайту Карта книг Карта сайта
Книги
Археология Архитектура Бизнес Биология Ветеринария Военная промышленность География Геология Гороскоп Дизайн Журналы Инженерия Информационные ресурсы Искусство История Компьютерная литература Криптология Кулинария Культура Лингвистика Математика Медицина Менеджмент Металлургия Минералогия Музыка Научная литература Нумизматика Образование Охота Педагогика Политика Промышленные производства Психология Путеводители Религия Рыбалка Садоводство Саморазвитие Семиотика Социология Спорт Столярное дело Строительство Техника Туризм Фантастика Физика Футурология Химия Художественная литература Экология Экономика Электроника Энергетика Этика Юриспруденция
Новые книги
Суворов С. "Танк Т-64. Первенец танков 2-го поколения " (Военная промышленность)

Фогль Б. "101 вопрос, который задала бы ваша кошка своему ветеринару если бы умела говорить" (Ветеринария)

Нестеров В.А. "Основы проэктирования ракет класса воздух- воздух и авиационных катапульных установок для них" (Военная промышленность)

Таранина И.В. "Гражданский процесс в схемах " (Юриспруденция)

Смоленский М.Б. "Адвокатская деятельность и адвокатура российской федерации" (Юриспруденция)
Реклама

Речи палача: сенсационные откровения французского экзекутора - Мейссоные Ф.

Мейссоные Ф. Речи палача: сенсационные откровения французского экзекутора — Спб.: Питер, 2004. — 224 c.
ISBN 5-94723-832-2
Скачать (прямая ссылка): rechipalacha2004.djvu
Предыдущая << 1 .. 48 49 50 51 52 53 < 54 > 55 56 57 58 59 60 .. 94 >> Следующая

1 На самом деле эти соглашения были заключены напрямую между генеральным секретариатом тунисского правительства и экзекутором уголовных приговоров в Алжире, через директора административной службы Генеральной резиденции Франции в Тунисе.
133
«Что ты думаешь об этом?., помиловать! Давай-ка, слезай!» Ах! Ох! Помилован! С него снимают веревку, и, спотыкаясь, он присоединяется к другим помилованным. Говорят, что помилованные — они уходили в пять утра и возвращались в девять — говорят, они страдали желтухой в течение месяца. Некоторые больше не ели из-за пережитой тоски. Из-за пережитого страха! В то время как во Франции, в Алжире человеку, которого помиловали, сообщали об этом утром. Его адвокат и директор тюрьмы приходили объявить ему, что он помилован. Он менял камеру. Если прошение о помиловании было отклонено — Президент Республики дает свободный ход Правосудию — это приходило к генеральному прокурору Алжира. Вызывали моего отца, который решал, в понедельник, вторник или среду... Тогда будили осужденного. Прокурор объявлял ему, что его прошение отклонено. Они всегда надеялись получить помилование. «Ваше прошение отклонено». Вот так.
Алжирские «события»
Прокурорское требование и премия за риск
В ходе «событий», во время алжирской войны, отец получил прокурорское требование.
Нужно понять, что алжирский случай — это драма. Мы не привыкли к этому, мы занимались только осужденными по уголовному праву. А тут мы оказались вынужденными заниматься политическими, которые, вообще-то, должны были бы расстреливаться. Гражданский суд не хотел их осуждать, поскольку считал, что это в компетенции военного трибунала. А военные не желали их расстреливать, потому что это была бы честь для них. Да, гражданский суд заявлял о своей некомпетентности в вопросе, а военный говорил, что они террористы, а не военные. Так что — гильотина1.
1 19 июня 1956 года — начало казней «террористов»; август 1958 — конец казней «террористов», всего на протяжении алжирской войны казнены сто сорок один человек. Последний «террорист» будет казнен в Алжире 25 августа 1958 года. Затем будут казнены трое по обычному праву: 2 сентября 1958 года в Константине, 21 мая 1959 года в Оране и 12 августа 1959 года в Оране. После этого высшая мера приговора больше не будет приводиться в исполнение алжирской гильотиной.
134
Экзекутор — это особое положение. Он проходит сквозь «события». Даже Сансон, казнивший короля и так далее, прошел через Революцию. Экзекутор исполняет приказ. Нельзя сказать, что он в ответе за смерть. Он лишь казнит. А тут экзекутор в Париже занимался осужденными по общеуголовному праву, а мы... Тут были политические дела. Они бы не должны были это смешивать. От них должна была избавляться армия. Не наше дело этим заниматься.
Так вот, когда произошла эта история с требованием, отец предложил подать заявление об увольнении. Сначала он сказал прокурору: «Мы никогда не были предназначены для политических дел. Мы существуем для общеуголовного права. А теперь ко мне приходят бумаги от военного трибунала с приговором за вещи, не связанные с военными!» Тут было немного путаницы, потому что нам платило правительство. Отец еще сказал прокурору: «Господин прокурор, я не могу привести в исполнение такой приговор. Это очень серьезное дело! Во время войны 39-45-го во Франции было дело, гильотинировали коммунистов, которые клеили афиши. За то, что они клеили афиши! Сейчас, если можно было бы вернуть, этих коммунистов никогда бы не казнили. Такие дела — это очень серьезно. Да и потом в конце войны экзекутор окажется в хорошеньком положении!» И он предложил уволить его.
Прокурор сказал отцу: «Господин Мейссонье, не делайте этого. Это все очень серьезно. У вас нет выбора, вы не можете отказаться, это требование. Вы должны выполнять свои обязанности. Я к вам очень хорошо отношусь, но вы — ответственное лицо. Это такой же статус, как у меня. Как и член трибунала, вы не можете отказаться или уйти со своего поста. Если сейчас вдруг мне надо будет судить и я не буду этого делать, потому что мне мало платят или еще почему, если я объявлю забастовку, меня посадят в тюрьму. Вы себе отдаете отчет? Это все очень серьезно!» Отец настаивал: «Но теперь это политические дела. Нас хотят втравить в политические дела. Да, согласен, я люблю Алжир, я хочу, чтобы Алжир был французским, но мы тут стоим в первую очередь. Потом нас могут обвинить... что вы делали? Гильотинировали... были ответственны за смерть людей, которые потом будут героями в Алжире. Тут дело не то же самое; это политические! Кто теперь действует?»
В конце концов прокурор сказал ему: «У вас тот же статус, что и у нас». Это действительно так, член суда не может в последний момент сказать, дескать, я не желаю и не пойду. Прокурор, даже если считает, что платят ему недостаточно, когда есть подсудимый, выполняет свою работу. Он не возмущается. В такой должности вы не можете
135
возмущаться. Вот. Думаю, Каррье и Доде хотели сказаться больными, чтобы не делать казни. И в тот момент прокурор потребовал выполнения обязанностей от нас и от моего отца. Тут он не мог сказать, что мне мало платят и т. д. Когда вы получаете прокурорское требование, если вы откажетесь выполнять казнь или что-то еще, вас забирают жандармы и сажают в тюрьму. У нас не было профсоюза, который бы нас защитил. Мы не могли сказать: «Мы не будем казнить, потому что это политика и нам это не нравится». Итак, отец принял на себя ответственность своей должности. Доказательство его чистой совести: он хотел остаться после независимости. Да, он, главный экзекутор, казнивший героев ФНАО, остался после независимости! Он действительно очень уважал эту должность. Эта должность ставила его выше политического аспекта. Разумеется, мы придерживались идей Французского Алжира, но отец продолжал выполнять свою работу.
Предыдущая << 1 .. 48 49 50 51 52 53 < 54 > 55 56 57 58 59 60 .. 94 >> Следующая