Книги
чёрным по белому
Главное меню
Главная О нас Добавить материал Поиск по сайту Карта книг Карта сайта
Книги
Археология Архитектура Бизнес Биология Ветеринария Военная промышленность География Геология Гороскоп Дизайн Журналы Инженерия Информационные ресурсы Искусство История Компьютерная литература Криптология Кулинария Культура Лингвистика Математика Медицина Менеджмент Металлургия Минералогия Музыка Научная литература Нумизматика Образование Охота Педагогика Политика Промышленные производства Психология Путеводители Религия Рыбалка Садоводство Саморазвитие Семиотика Социология Спорт Столярное дело Строительство Техника Туризм Фантастика Физика Футурология Химия Художественная литература Экология Экономика Электроника Энергетика Этика Юриспруденция
Новые книги
Суворов С. "Танк Т-64. Первенец танков 2-го поколения " (Военная промышленность)

Фогль Б. "101 вопрос, который задала бы ваша кошка своему ветеринару если бы умела говорить" (Ветеринария)

Нестеров В.А. "Основы проэктирования ракет класса воздух- воздух и авиационных катапульных установок для них" (Военная промышленность)

Таранина И.В. "Гражданский процесс в схемах " (Юриспруденция)

Смоленский М.Б. "Адвокатская деятельность и адвокатура российской федерации" (Юриспруденция)
Реклама

Речи палача: сенсационные откровения французского экзекутора - Мейссоные Ф.

Мейссоные Ф. Речи палача: сенсационные откровения французского экзекутора — Спб.: Питер, 2004. — 224 c.
ISBN 5-94723-832-2
Скачать (прямая ссылка): rechipalacha2004.djvu
Предыдущая << 1 .. 49 50 51 52 53 54 < 55 > 56 57 58 59 60 61 .. 94 >> Следующая

Таким образом он получил прокурорское требование и нам дали премию за риск. Я знаю, что мой отец, когда стали происходить «события» и появились приговоры военного трибунала1, сказал прокурору, что теперь мы рискуем больше. Он сказал прокурору: «Это риск, это риск. Потому что теперь мы занимаемся политическими делами». Это было правдой, мы действительно рисковали. В городе люди очень хорошо знали, что мы были экзекуторами. Так что с ФНАО и всем прочим мы рисковали.
На самом деле я думаю, что отец немного шантажировал прокурора в том, что касалось опасностей, которым мы подвергались — и которые были совершенно реальны, — заставляя того поверить, что он уволится. Потому что, зная его, я убежден, что он продолжал бы занимать эту должность даже если бы ему не платили. В итоге мы получили премию за риск, а также «премию за голову», вдобавок к оплате монтажа и демонтажа. Вначале премия за риск выплачивалась за день командировки, но потом стала выплачиваться помесячно. До «событий» в Алжире мы получали только нашу зарплату да еще командировочные (см. Journal officiel de VAlgerie от 1 августа 1950). На самом деле после взрыва покушений на убийства, которые были направлены на гражданское население — женщин и детей, — у нас было уже другое настроение. Например, казнь убийц из Аин-Беида, 3 июля
1957 года. Это было дело о детях. ФНАО завлекло в ловушку многих французских ребятишек, используя их арабских приятелей. И они их убивали. Да, маленьких европейцев, детей колонистов, завлекали ре-
1 Постоянный трибунал Вооруженных сил.
136
бятишки, маленькие пастухи. В той истории убийц было четверо. Там было трое двоюродных братьев, а может быть, даже родных, я уже не помню.
Казнили их в Константине. В нашем представлении осуждены были действительно террористы, совершившие серьезное преступление. Если бы мы высказали противоположное мнение, на нас бы наверняка косо посмотрели бы алжирские французы. Поэтому что касается премии за риск, мы получали ее с 1957 года, когда получили прокурорское требование. На самом деле это премия была более чем оправданна. Действительно, казня политических, или так называемых политических, мы рисковали своей жизнью. Они нам платили 12 тысяч старых, 120 теперешних франков в месяц. Вообще-то премия за риск исчислялась не за месяц, а за день командировки. Это было 400 старых франков за день командировки.
Командировочные расходы выплачивались нам за год, как и монтаж и демонтаж гильотины. Что же касается премии за голову, нужно обратиться к ведомости по специальной выплате, назначенной экзекуторам уголовных приговоров: постановление господина министра, пребывающего в Алжире, 75.57 от 17 июня 1957. Премия за риск была отменена в августе 1962 года, после независимости Алжира.
Как я уже говорил, в принципе, для того чтобы хорошо провести казнь, достаточно четверых: экзекутор, два помощника, которые держат осужденного, и «фотограф». Но в 1956 было больше ста приговоренных к смерти, и Государство согласилось с тем, что нам нужен был пятый, еще один помощник. Пятый был назначен начиная с 1956, когда начались первые казни террористов.
1956-1957: любопытная гекатомба... экзекуторов
Таким образом, нам нужен был новый помощник. Отец хотел предложить мою кандидатуру. Но Берже в свою очередь хотел предложить кандидатуру Фортена. Фортен был футболистом, другом жены Берже. И вот Берже, лицемер, говорит мне: «Ничего, я пошлю два письма с кандидатурами. Так у тебя будут те же шансы, что и у Фортена. У каждого из вас будет шанс». На самом деле он знал, что при равных шансах прокурор обязательно бы назначил меня из уважения, которое он питал к моему отцу. Прокурор хорошо знал, что именно мой отец вернул Берже обратно после его отставки в 1944. Да, не надо забывать, что лишь благодаря моему отцу Берже наследовал Рошу. Но Берже потихоньку написал прокурору только одно письмо. Он отправил ему
137
письмо, в котором ставил под вопрос мои способности, ссылаясь на операцию, которой я подвергся в подростковом возрасте. Он написал ему: «Боюсь, что, поскольку сын господина Мейссонье перенес серьезную операцию, в ходе казни ему может стать плохо». Прокурор не мог выступить против мнения Берже. Если будет хоть малейшая неполадка при казни... Результат — назначен Фортен. Но прокурор сказал своему секретарю мадам Льерр: «Это уж со стороны Берже некрасиво!» Мадам Льерр была соседкой моего деда. Мы знали друг друга уже тридцать лет.
Поэтому она нам рассказала. Так мы узнали. Сам прокурор ничего нам не сказал. Ему было неудобно. Ему это было неприятно, потому что он любил моего отца. Но он не хотел, чтобы возникали раздоры. И все же ему не понравилось. Он уважал моего отца. Кроме того, потом, когда у отца открылся рак горла, он был прооперирован и хотел уволиться, чтобы оставить мне свое место, прокурор сказал ему: «Нет, господин Мейссонье, мне все равно. Продолжайте зарабатывать. Зачем вам увольняться?» Перед тем как я уехал на Таити, один приятель прислал мне половину жемчужной раковины, гладкой, как ноготь, размером в двадцать сантиметров. Я отнес ее господину Му-шану. Да, он был очень приятным человеком.
Предыдущая << 1 .. 49 50 51 52 53 54 < 55 > 56 57 58 59 60 61 .. 94 >> Следующая