Книги
чёрным по белому
Главное меню
Главная О нас Добавить материал Поиск по сайту Карта книг Карта сайта
Книги
Археология Архитектура Бизнес Биология Ветеринария Военная промышленность География Геология Гороскоп Дизайн Журналы Инженерия Информационные ресурсы Искусство История Компьютерная литература Криптология Кулинария Культура Лингвистика Математика Медицина Менеджмент Металлургия Минералогия Музыка Научная литература Нумизматика Образование Охота Педагогика Политика Промышленные производства Психология Путеводители Религия Рыбалка Садоводство Саморазвитие Семиотика Социология Спорт Столярное дело Строительство Техника Туризм Фантастика Физика Футурология Химия Художественная литература Экология Экономика Электроника Энергетика Этика Юриспруденция
Новые книги
Цуканов Б.И. "Время в психике человека" (Медицина)

Суворов С. "Танк Т-64. Первенец танков 2-го поколения " (Военная промышленность)

Нестеров В.А. "Основы проэктирования ракет класса воздух- воздух и авиационных катапульных установок для них" (Военная промышленность)

Фогль Б. "101 вопрос, который задала бы ваша кошка своему ветеринару если бы умела говорить" (Ветеринария)

Яблоков Н.П. "Криминалистика" (Юриспруденция)
Реклама

Западная литература. История духовных исканий - Рабиновичь В.С.

Рабиновичь В.С. Западная литература. История духовных исканий — Интерпракс, 1994. — 148 c.
ISBN 5-85235-104-0
Скачать (прямая ссылка): zapadnayaliteraturaistoriya1994.pdf
Предыдущая << 1 .. 47 48 49 50 51 52 < 53 > 54 55 56 57 58 59 .. 109 >> Следующая

Да, действительно, в самых ранних книгах Ветхого Завета личность в какой-то мере (но отнюдь не до конца) «теряется» на фоне объемлющего ее Целого — народа. С Богом общается целый народ через своих вождей — Моисея и Аарона. Целый народ наказывается за грехи отдельных своих представителей; целый народ и вознаграждается если следует заповедям. Да, действительно, любая культура приходит к понятию личности лишь на определенном этапе. Допустим, эпосам разных народов — будь то немецкая «Песнь о Нибелунгах», французская «Песнь о Роланде» или русские былины — понятие личности в современном смысле этого слова неведомо. Там есть лишь огромные множества «своих» и «врагов» и отдельные эпические герои (вожди, витязи, богатыри), каждый из которых — это прежде всего олицетворение мощи всего своего народа (это данность, вовсе не принижающая огромного значения «эпического» периода в формировании любой национальной культуры). Путь от народа к личности долог, и библейский текст как раз и запечатлел этот путь во всей его сложности — при этом большая часть этого пути преодолевается еще в рамках Ветхого Завета. Первые шаги этого пути запечатлелись уже в Пятикнижии Моисеевом. Собственно Моисей ведь — это не просто вождь народа с судьбой, абсолютно неотделимой от судьбы ведомого им народа. Это — посредник между народом и Богом. Посредник, который в равной степени предан и Богу, и своему народу и который поэтому не может ни без остатка слиться с народом, ни стать хладнокровным вершителем божественной воли.
Он не с Богом и не с народом — он между Богом и народом, он — связующее звено. Он защищает свой народ перед лицом Бога и одновременно отстаивает божественную правду перед лицом народа. Но подобное положение посредника автоматически предполагает внутреннюю самостоятельность Моисея, его обреченность на собственный выбор в каждой конкретной ситуации — именно собственный, отличный от того коллективного решения, которое вынес бы в этой ситуации народ, и одновременно не совпадающий с волей Бога. Когда Моисей узнает что в его отсутствие во время разговора с Богом ведомые им люди отлили золотого тельца и стали ему поклоняться, он сам, по своей воле в гневе разбил обретенные ом священные скрижали божественного завета (хотя это было знаком проклятия по отношению к народу и одновременно
— кощунством по отношению к Богу, дар которого Моисей уничтожил). Моисей был так предан божественной истине, что не мог — пусть даже вместе со всем своим народом — отойти от Бога или хотя бы своим попустительством благословить этот отход.
Но когда, в свою очередь, разгневанный Бог принимает решение истребить прогневавший его народ, а Моисея пытается оторвать от народа, обещая ему личное спасение, — Моисей отказывается от этого спасения и принимает на себя роль защитника своего народа перед лицом Бога. Известный религиозный писатель главный раввин Румынии Мозес Розен в своих «Уроках Библии» (избранные главы опубликованы в «Иностранной литературе», № 9, 1990), восхищаясь словами Моисея, обращенными к Богу: «О, (Господи!) народ сей сделал великий грех, сделал себе золотого бога, прости им грех их. А если нет, то изгладь и меня из книги Твоей, в которую Ты вписал» (Исход 32,31-32), пишет: «Как же высок жертвенный дух Моисея! Какой прорыв!
Он умоляет о спасении народа, о прощении тяжелейшего греха. Не удовлетворяясь упреками, аргументами, молитвами, он дерзает вступать в спор... с самим Богом. Даже рискуя разгневать творца, он стремится любой ценой вырвать божественную милость. Как некогда Авраам, борясь за спасение несчастного нечестивого Содома, говорил Господу: «Судия всей земли поступит ли неправосудно?» (Быт. 18, 25), так и Моисей не убоялся противоречить Всемогущему, ибо дороже всего была ему судьба его народа. Ценой высшего самопожертвования — не жертвой жизни земной, которую он всегда готов был отдать, нет, на сей раз Моисей бросает на весы все свое дело, смысл всего своего бытия, свое бессмертие, — пытается он добиться поставленной цели. «А если нет, то изгладь и меня из книги Твоей, в которую Ты вписал». В конце концов Моисей разделил судьбу своего народа во всем — и в победах, и в несчастье, и в несении божественной кары. Моисей вместе со своим народом блуждал сорок лет по пустыне, но так и не вошел в Землю Обетованную, лишь увидел ее перед смертью, ибо, согласно воле Бога, блуждание по пустыне должно было продолжаться до тех пор, пока не вымрет поколение вышедших из Египта. Значит, должен был умереть, не войдя в Землю Обетованную, и Моисей. Но принял он эту судьбу постольку, поскольку таков был его личный свободный выбор. Он несколько раз отказывался от предоставленной Богом возможности отречься от своего народа
— и, значит, избежать предначертанных народу бедствий. Следовательно, он разделил участь своего народа не как его неотделимая часть, но в какой-то степени как личность, добровольно принесшая себя в жертву народу.
По мере того, как в культуру еврейского народа входило понятие личности, все в большей степени обретали индивидуальную неповторимость и библейские герои — и одновременно все в большей степени становились они носителями обычных человеческих качеств. По словам Мозеса Розена, «среди библейских героев... нет святых, ибо чему могли бы научиться у них мы, простые смертные? Ведь мы бы скорее всего сказали себе, что у нас нет ни одного шанса уподобиться этим существам, которые в отличие от нас никогда не грешили и легко преодолевали земные соблазны. Нет, высота этих людей состоит именно в том, что они борются со злом в самих себе и в конце концов побеждают. А это значит, что и у нас есть оружие для такой борьбы».
Предыдущая << 1 .. 47 48 49 50 51 52 < 53 > 54 55 56 57 58 59 .. 109 >> Следующая