Книги
чёрным по белому
Главное меню
Главная О нас Добавить материал Поиск по сайту Карта книг Карта сайта
Книги
Археология Архитектура Бизнес Биология Ветеринария Военная промышленность География Геология Гороскоп Дизайн Журналы Инженерия Информационные ресурсы Искусство История Компьютерная литература Криптология Кулинария Культура Лингвистика Математика Медицина Менеджмент Металлургия Минералогия Музыка Научная литература Нумизматика Образование Охота Педагогика Политика Промышленные производства Психология Путеводители Религия Рыбалка Садоводство Саморазвитие Семиотика Социология Спорт Столярное дело Строительство Техника Туризм Фантастика Физика Футурология Химия Художественная литература Экология Экономика Электроника Энергетика Этика Юриспруденция
Новые книги
Янин В.Л. "Новгородские акты XII-XV Хронологический комментарий" (История)

Майринк Г. "Белый доминиканец " (Художественная литература)

Хусаинов А. "Голоса вещей. Альманах том 2" (Художественная литература)

Петров Г.И. "Отлучение Льва Толстого " (Художественная литература)

Хусаинов А. "Голоса вещей. Альманах том 1 " (Художественная литература)
Реклама

Братья Знаменские - Салуцкий А.С.

Салуцкий А.С. Братья Знаменские — М.: Физкультура и спорт, 1973. — 280 c.
Скачать (прямая ссылка): bratyaznamenskie1973.djvu
Предыдущая << 1 .. 41 42 43 44 45 46 < 47 > 48 49 50 51 52 53 .. 82 >> Следующая


Да, стиль мирового рекордсмена можно было признать идеальным. И, как всякое совершенство, он привлекал красотой, законченностью. Но и в маиере Знаменских крылось нечто такое, что приковывало взгляд. Курчавые, широкогрудые, могучие, они как бы опрокидывали привычное представление о стайерах.

Утонченному совершенству двюкений Пурье они противопоставили богатырскую силу. Их стиль нельзя было назвать красивым, но он был мужественным. Серафим и Георгий словно атаковали дистанцию. Не классические стайеры, а богатыри из русских сказок— Добрыня Никитич и Микула Селянинович вышли помериться с противником. Они воплощали собой невиданный по тому времени атлетизм в беге. Не отточен- о

кость, а потрясающая выразительность йх движении изумляла зрителей. С немыслимой силой Знаменские «ломали» дорожку: их бег не только видели, но и слышали. Их необычная стать — громадные грудные клетки, широко расставленные локти, которыми они, казалось, расталкивают все вокруг себя, — производила незабываемое впечатление. Они не бежали, иет, — они таранили воздух.

Между тем позади остался первый круг, второй, третий, а впереди по-прежнему Пурье. Рекордсмен мира не выглядел утомленным. Он бежал расчетливо: пи одного рывка — спокойный и уверенный темп, наводящий на мысль о сильном финишном спурте.

Стадной притих. Косые лучи закатного солнца били сквозь сосны с той стороны, где не было трибуны, а лишь приподымался вираж трека, и освещали поворот беговой дорожки. Когда спортсмены появлялись здесь, над ними словно возникал золотой ореол. В тишине явственно слышался мощный шаг Знаменских, бежавших широко и размашисто. По-прежнему ничего не менялось на дорожке, но за этим внешним спокойствием угадывалось страшное напряжение.

Пурье чувствовал себя отлично, однако смутная тренога постепенно овладевала им. Опытный бегун, он, что называется, спиной ощущал самочувствие соперников, и оно удивляло его. По предположениям финна, русские должны были прилагать немыслимые усилия, чтобы продержаться за ним хотя бы три круга. Но мерные, протяжные вдохи и выдохи позади свидетельствовали о другом. Пурье на мгновение даже подумал, не уступить ли временно лидерства, но тут же отбросил эту мысль. Не пристало рекордсмену затевать тактические игры с малоизвестными стайерами. Он должен доказать, что на голову сильнее.

А Серафим, глядя в узкую, с длинным сильным торсом спину, настороженно яідал рывка. Он отнюдь но испытывал удручающей робости перед мировым чемпионом. Было бы, разумеется, преувеличением утверждать, что Знаменский твердо верил в победу, однако ои и не исключал ее. А потому никакие привходящие психологические обстоятельства не мешали ему сейчас полностью показать то, на что он способен. С трибун казалось, будто каждый шаг дается Серафиму цеиой громадных усилий. На самом же деле он чувствовал себя нормально — Пурье на этот счет не обманывался.

Серафим сегодня был в той красной майке, которую надевал лишь на международных соревнованиях, ибо считал ее счастливым амулетом. Когда-то в домашней библиотеке он отыскал французскую книгу с обозначением гербов и государственных флагов всех стран мира. Серафим удивился: всего несколько самых распространенных цветов дают столько сочетаний, что служат удобным средством различия. В детстве он любил листать эту книгу и запомнил многие флаги. Но сейчас его вдруг посетила странная мысль: среди них не было одноцветных—только соединение красок. Видимо, чистый цвет — белый, черный, красный — это нечто большее, нежели просто формальвый отличительный признак. И действительно, вспомнил Серафим, черный цвет избирали для себя пираты, и оп стал символом грабежа и разбоя. Белый цвет служит знаком капитуляции, это тоже общепризнанно. А красный?

Джузепне Гарибальди ходил в красной рубахе. Карл Маркс носил в петлице алую гвоздику. Парижская коммуна подняла над баррикадами красные стяги. Да, красный цвет — символ пролитой крови — постоянно становился и символом борьбы за свободу. И вот советский флаг стал чисто красным. В этом заключен великий смысл. Серафим вспомнил, как за границей их называли «красными», и улыбнулся.

А вслед за этим Знаменский поймал себя на приятной мысли. Из личного опыта он япал: плохо, когда во время бега ты поглощен исключительно собственным самочувствием, — значит, оно не блестящее. И наоборот, если в голове крутятся отвлеченные думы, это признак того, что организм автоматически работает в нужном режиме, сохраняя запас сил. И действительно, все идет прекрасно. Но почему Пурье медлит? Ведь до финиша остается чуть больше круга. Кто его знает, этого Пурье? Может, на последней стометровке он включит спринтерскую скорость? Не пора ли самому выходить вперед?

Но сделать этого Серафим не успел. Финн резко прибавил ходу.

— Затяжной спурт, — спокойно констатировал Стеблев, с секундомером в руках стоявший в группе людей у финиша.

Все они слишком хорошо знали возможности рекордсмена мира, чтобы строить иллюзии относительно победы Знаменских. Идет первая проба сил, и всех интересует лишь одно: насколько Пурье сильнее? Как хочется, чтобы исход борьбы решился только на последних метрах — это обнадежило бы.
Предыдущая << 1 .. 41 42 43 44 45 46 < 47 > 48 49 50 51 52 53 .. 82 >> Следующая