Книги
чёрным по белому
Главное меню
Главная О нас Добавить материал Поиск по сайту Карта книг Карта сайта
Книги
Археология Архитектура Бизнес Биология Ветеринария Военная промышленность География Геология Гороскоп Дизайн Журналы Инженерия Информационные ресурсы Искусство История Компьютерная литература Криптология Кулинария Культура Лингвистика Математика Медицина Менеджмент Металлургия Минералогия Музыка Научная литература Нумизматика Образование Охота Педагогика Политика Промышленные производства Психология Путеводители Религия Рыбалка Садоводство Саморазвитие Семиотика Социология Спорт Столярное дело Строительство Техника Туризм Фантастика Физика Футурология Химия Художественная литература Экология Экономика Электроника Энергетика Этика Юриспруденция
Новые книги
Янин В.Л. "Новгородские акты XII-XV Хронологический комментарий" (История)

Майринк Г. "Белый доминиканец " (Художественная литература)

Хусаинов А. "Голоса вещей. Альманах том 2" (Художественная литература)

Петров Г.И. "Отлучение Льва Толстого " (Художественная литература)

Хусаинов А. "Голоса вещей. Альманах том 1 " (Художественная литература)
Реклама

Братья Знаменские - Салуцкий А.С.

Салуцкий А.С. Братья Знаменские — М.: Физкультура и спорт, 1973. — 280 c.
Скачать (прямая ссылка): bratyaznamenskie1973.djvu
Предыдущая << 1 .. 52 53 54 55 56 57 < 58 > 59 60 61 62 63 64 .. 82 >> Следующая


Должно быть, только Георгий в таком состоянии, на грани полуобморочного шока, мог все-таки закончить дистанцию. Такое уже случалось с ним: два года назад в Финляндии, наступив на бровку, он подвихнул ногу, но, сильно хромая, все же финишировал. Ни разу в жизни он безвольно не покидал дорожку во время забега. Нет, это было даже не чувство стыда. Весь он, со своим миропониманием и своим характером, составлял такую цельность, в которой просто-напросто не находилось места для понятия «сойти с дистанции».

— Ничего не понимаю, — растерянно говорил Георгий Денисову по дороге в гостиницу. — Что случилось?

— А что действительно случилось? Бежал и вдруг — сломался.

— Бес его знает. Мистика. Такое чувство, будто взял слишком сильный темп и не выдержал. Но шел-то строго по графику — как на прикидке. Вот и пойми что-нибудь!

Денисов тоже считал, что Жорка зарвался. Сразу на 20 секунд бить рекорд! Мыслимое ли дело? Но, с другой стороны, показал же он в Тарасовке обнадеживающий результат. Николай чувствовал: что-то здесь не так. Но что не так и почему, понять не мог. Он не знал тогда, что именно ему, Денисову, предстояло впоследствии разобраться в этой странной истории, действительно напоминавшей мистификацию.

3.

«Здравствуйте, дорогие папа и мама!

Наша поездка в Париж ие состоится ввиду отказа во французской визе, так что теперь собираемся в Зеленую слободу, а потому просим вашей визы. Надеемся, что в этой визе отказа не получим. Вообще, живы и здоровы, я очень соскучился по вас. Мы получили квартиру, очень неплохую (сравнительно): две комнаты, балкон, центральное отопление, рядом кухня, ванная — пока холодная — и уборная. Спиридоньевская улица, трамвай по ней не ходит, да кроме того, иаш дом в саду, во дворе, так что очень тихо. Как видите, условия неплохие, обижаться нельзя.

Вчера был на Шаболовке, да я там часто бываю. Сестры все живы и здоровы, если не считать того, что у Анюты небольшой грипп. На днях там же виделся с Полей, она все просила меня поскорее поехать к вам. Но ведь было неясно с Парижем. Теперь я рад, что мы скоро увидимся.

Интересно, получили ли вы мое письмо из дома отдыха «Синоп»? Мы серьезно готовились к сезону спортивных встреч, а также не забывали про учебу. В общем, стараемся добросовестно использовать средства, которые тратят на пас паши организации и государство, так что доверие к себе оправдаем полностью.

Как у вас там, успешно ли идет весна? Наверное, тоже стало очень хорошо. Все-таки как ни красиво в Сино- пе, а в Зеленой, наверное, лучше, потому что так часто тянет туда, что кажется, сил не хватит. Как ваше здоровье? Напишите. Будьте здоровы.

Ваш Сима».

Перечитав это прошлогоднее инсьмо, Анфиса Ивановна грустно вздохнула. Сыновья пишут не слишком уж часто, и потому она то и дело возвращается к одним и тем же листкам, исписанным четким каллиграфическим почерком. Теперь дети стали знаменитыми. Кто мог подумать, что забавы старшего сына через много лет приведут младших к славе?

Анфиса Ивановна развернула сложенную вчетверо газету — недавно ее прислала Вера. Прямо под названием газеты — «Краспый спорт» — был помещен небольшой портрет Серафима, а ниже — Георгия. В начале декабря, сразу после провозглашения новой Конституции (ей запомнилось это совпадение), обоим Знаменским присвоили звание заслуженного мастера спорта СССР. Вера писала, что это большая честь, самая высокая для бегуна. Рядом с фотографиями напечатали короткое письмо. Анфиса Ивановна снова прочитала его — все-таки писано руками детей.

«Поздно вечером 8 декабря неожиданно мы узнали о присвоении нам Всесоюзным комитетом по делам физкультуры и спорта почетного звания заслуженного мастера спорта Союза ССР.

Мы считаем это великой наградой. Только в нашей стране — родине социализма — может свободно развиваться физическое воспитание среди широчайших слоев трудящихся.

Георгий Знаменский, Серафим Знаменский».

Тут же было помещено еще одно письмо:

«Звание заслулчснного мастера спорта — большая и неожиданная награда, о которой раньше не смел и мечтать я, сын бедняка-крестьянина, рядовой царской армии. Рядовой, которого бнли н сажали в карцер за то, что он фехтовал лучше «господ офицеров».

Т. И. Климов».

Кто такой этот Климов, Апфнса Ивановна понятия не имела, но радовалась за пего, как за детей, — ведь им вместе присвоили звание. «Интересно все же, кто такой? — подумала она. — По фотографии — Сережин ровесник, а может, и старше. Надо порасспросить у Снмы».

Она ждала приезда младшего сына с нетерпением и грустью пожилой женщины, которая не знает, придется ли снова увидеть его или это последпее в ее жизни свидание. Иван Васильевич ласково успокаивал жену. За последние годы он сильно переменился. Впрочем, эти изменения почти не коснулись внешности: борода уже давно сделала его старцем, а ряса с молодости сгорбила фигуру, В нем произошел внутренний сдвиг. Разумеется, Иван Васильевич продолжал исправно совершать богослужевия — в этом состояла его профессия. Но рядом с верой во всевышнего в его душе постепенно укоренялось новое отношение к существующей реальности. Как батюшка он ощущал себя «бесплодной смоковницей» — из десятерых детей ни Один не пришел в лоно церкви. Зато как отец Иван Васильевич не имел оспо-ванпй для беспокойства. Более того, его родительские чувства взывали безоговорочно признать несомненные преимущества атеистической власти.
Предыдущая << 1 .. 52 53 54 55 56 57 < 58 > 59 60 61 62 63 64 .. 82 >> Следующая