Книги
чёрным по белому
Главное меню
Главная О нас Добавить материал Поиск по сайту Карта книг Карта сайта
Книги
Археология Архитектура Бизнес Биология Ветеринария Военная промышленность География Геология Гороскоп Дизайн Журналы Инженерия Информационные ресурсы Искусство История Компьютерная литература Криптология Кулинария Культура Лингвистика Математика Медицина Менеджмент Металлургия Минералогия Музыка Научная литература Нумизматика Образование Охота Педагогика Политика Промышленные производства Психология Путеводители Религия Рыбалка Садоводство Саморазвитие Семиотика Социология Спорт Столярное дело Строительство Техника Туризм Фантастика Физика Футурология Химия Художественная литература Экология Экономика Электроника Энергетика Этика Юриспруденция
Новые книги
Янин В.Л. "Новгородские акты XII-XV Хронологический комментарий" (История)

Майринк Г. "Белый доминиканец " (Художественная литература)

Хусаинов А. "Голоса вещей. Альманах том 2" (Художественная литература)

Петров Г.И. "Отлучение Льва Толстого " (Художественная литература)

Хусаинов А. "Голоса вещей. Альманах том 1 " (Художественная литература)
Реклама

Братья Знаменские - Салуцкий А.С.

Салуцкий А.С. Братья Знаменские — М.: Физкультура и спорт, 1973. — 280 c.
Скачать (прямая ссылка): bratyaznamenskie1973.djvu
Предыдущая << 1 .. 72 73 74 75 76 77 < 78 > 79 80 81 .. 82 >> Следующая


...Дня через два после этой случайной встречи Знаменский через знакомых передал Денисову: место в стационаре готово, можно приезжать. Жена отвезла Николая в Тушино, и его поместили в большой светлой палате, выходившей окнами в парк.

В палате было десять коек. Хотя все, кто лежал здесь, имели самое непосредственное отношение к спорту, Денисов с грустью отметил, что никого не знает: эти люди принадлежали к следующему поколению спортсменов и были значительно моложе. Но зато его фамилию слышали все, а потому приняли Николая приветливо и почтительно. В первый же вечер новые знакомые все сообщили Денисову о стационаре, о врачах, работающих здесь, о заведенных тут порядках и так далее — короче говоря, ввели его в курс больничной жизни. И Николая приятно обрадовало, что все они с уважением, даже с любовью говорили о Знаменском, называя его Георгием Ивановичем. Навряд ли это было следствием былой спортивной славы, перед которой, впрочем, все преклонялись. Больному нет дела до заслуг лечащего врача: он формирует отношение к нему, исходя из результатов лечения. — Георгий Иванович дело знает, а как же! — рассказывал Денисову сосед по койке, коренастый розовощекий футболист, угодивший в стационар, потому что перетренировался и «сорвал сердце» — И работяга — ух! С утра до ночн с больными. Только вот сам, бедняга, страдает, — жалостливо закончил парень.

— Что значит страдает? — встрепенулся Денисов.

— Ну как же! Он недавно операцию перенес — язву вырезал.

— Что ты говоришь! — Николаю сразу вспомнился грустный тон Знаменского, каким он советовал ему лечиться.

На следующий день с утра явился Знаменский — в белом халате, под которым виднелись отвороты пиджака и белая рубашка с галстуком. В нагрудном кармане аккуратно торчала авторучка, под мышкой Георгий держал стопку бумаг. Весь его вид, располагающий и одновременно строгий, настолько не соответствовал привычному представлению о Жорке — «рубахе-парне», что Николай был потрясен переменами, происшедшими в этом человеке. Со всех коек раздавалось: «Здравствуйте, Георгий Иванович!» И когда Знаменский присел на край его постели, у Денисова как-то само собой вырвалось:

— Здравствуй, Георгий Иваныч!

— Будет тебе, — добродушно проворчал тот. — Сто лет знаемся, и ты— «Иваныч».

Но Денисов в ответ только развел руками, давая понять, что сне не от него зависит. Георгий пожал плечами — как хочешь, мол, н принялся заполнять историю болезни.

На эту процедуру ушло мннут пятнадцать, но, окончив ее, Знаменский не спешил уходить. Он задумчиво вертел в пальцах авторучку, отсутствующим взглядом глядя в окно. Потом наконец произнес:

— Видишь, Коля, как она, жизнь, устроена. Когда- то мы зубамн друг у друга победу рвали, были главными соперниками. Не так разве? — н, не дожидаясь ответа, сам же подтвердил: — Истинно так! А сейчас я отойти от тебя не могу, потому что ты — живое напоминание о тех днях. Неповторимых днях, — грустно закончил Георгий. Посидев с минуту молча, уже другим тоном добавил: — Я тебя обязательно на ноги поставлю. Вот увидишь!

С тех пор Знаменский приходил к Денисову каждый деиь. Подолгу сидел рядом, и онн без конца вспоминали н вспоминали все, что связывало их в прошлом. И, конечно, те два забега на полуторку, в которых родились два рекорда страны. Оказалось, каждый помннт их в деталях, в мельчайших деталях. Что делал и как себя чувствовал на первом круге, на втором, после 1000 метров, на фннншиой прямой. Что думал о сопернике. Как «ловил» рывки. Оба даже удивлялись, каким образом после всех испытаний, выпавших на их долю, после четырех лет войны память в таких подробностях сохранила те 8 минут на беговой дорожке.

Они сиделн рядом — два бывших спортсмена, из которых один теперь был врачом, а другой его пациентом, и стены больничной палаты не мешали нм уноситься воспоминаниями в те годы, которые оба считали лучшими в своей жизни. Странно, постоянные и не всегда радостные тренировки, известное самоотречение, тиски режима — все то, что не позволяло воспринимать спорт как нескончаемый праздник, теперь отлетело словно отслужившая свое кожура ореха, и непередаваемо сладкая сердцевина спорта — его вечно праздничная суть открылась во всей своей неотразимой привлекательности. Спокойное и тнхое счастье овладевало ими каждый раз, едва они принимались за воспоминания. И оба считали — приведись им начать жизнь снова, опять пришли бы на беговую дорожку и повторили бы все со всеми ошибками н просчетами, какие были, потому что в глав- ном именно благодаря спорту нх молодые годы сложились удачно и радостно.

В ординаторской было пусто, н Знаменский этому обрадовался. Он сел за свой стол около раскрытого окна, подумал: «Сколько времени в Зеленую не писал! Черт знает что!»

Быстро отвинтил колпачок авторучки, вывел:

«Здравствуйте, папа!»

И остановился. Вместо письма к отцу в голову полезли совершенно иные мыслн. Вспомнились ночные полеты во вражеский тыл — в партизанские отряды, где приходилось оперировать в ужасных условиях, прямо в землянках. А потом.... Потом мыслн как-то успокоились — пошла в воспоминаниях другая полоса.
Предыдущая << 1 .. 72 73 74 75 76 77 < 78 > 79 80 81 .. 82 >> Следующая